lac des cygnes Rudolf Noureev


В балетах Нуреева-хореографа встречаются некоторые повторяющиеся темы из собственной жизни.

> Восстание против тирании
Принц в Лебедином Озере отказывается от участи, наложенной ему матерью и опекуном ; влюбленные Ромео и Джульетта (в трагической версии) или Базилио и Китри (в комической версии) не поддаются воли родителей. Это – воспоминания Рудольфа : его отец не хотел, чтоб он стал танцовщиком ; дирекция Кировского Театра не хотела пустить его в Париж ; он на носу у КГБ попросил политического убежища в аэропорту Ле Бурже.

> Самоучка Золушка стала звездой (как и Нуреев).

> Мечта – нарушение реальности В Раймонде, молодая женщина видит во сне, вместо жениха Жан де Бриен, странного Абдерама, считающегося «врагом» : поучительный сон и соблазн запретного плода.. Эта тема встречается у Нуреева в постановках по Петипа, где выявлены обе стороны одной личности : благо и зло. Эта двойственность присутствует так в Лебедином Озере (белая Одэт и черная Одиль, Ротбарт – дьявольский двойник Вольфганга), как и в Спящей Красавице (Фея Сирени и Карабосс – две сестры, обе оспаривающие роль воспитанницы Авроры).

В Щелкунщике сон помогает Кларе отделаться от детства (игрушка оживляется и воплощается в лице крестного Дроссельмейера). Сновидения позволяют освободиться от переживаний, что невозможно в реальном мире : Солор, куря опиум, встречается со своей баядеркой в другом миру, в царстве Теней ; Принц Щелкунщик/Дроссельмейер освобождает Клару от кошмаров и уводит ее в сказочный мир, где она превращается в принцессу ; Зигфрид не признает свою гомосексуальность и во сне влюбляется в недоступную женщину/лебедя.

Сон является реваншем над жизнью, но некоторые удачные моменты могут помочь судьбе : добрый кинопостановщик освобождает Золушку от притеснений, оказанных мачехой и сводными сестрами, и дает ей возможность сняться в картине ; Принц Дэзире поцелуем будит Аврору, спасает ее от суеверий Карабоссы и женится на ней, предлагая ей изменившийся мир.

> Двойственность Так же как действующие лица раздваиваются (Одэт / Одиль, Ротбарт / Вольфганг, Щелкунщик / Дроссельмейер) или имеют обратное лицо (Фея Сирени и Карабосс, Жан де Бриен и Абдерам, Меркутьо и Тибальт), так же и сцена делится пополам : с одной стороны, внешняя жизнь (прохожие на улице в Щелкунщике и Вашингтон Скуэр, съемочные площадки в Золушке), с другой, часто подавляющий уют семейного дома, из которого молодому человеке или девушке хочется бежать, хотя-бы мысленно.